Время в игре: 1837, месяц песен


правиласюжетролигостеваяакциивнешностиF.A.Q.шаблон анкетыновости





news

14.01 Всем участникам просьба заглянуть в эту тему, это крайне важно.


ThomasZachary

Сердечный ритм в ушах. Затененные мраком помещения. Слепящий свет где-то впереди. Чужие голоса, речь которых кажется невнятной из-за отдающего в голову пульса. О, как же это знакомо ему. Перед глазами восстают картины минувших дней — тех нескольких ужасных дней его жизни, когда Зак впервые почувствовал на своей шкуре гнев церковников... читать дальше






Dishonored: Empire of the Isles

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dishonored: Empire of the Isles » White Cliff » [Let me tell you a story]


[Let me tell you a story]

Сообщений 1 страница 2 из 2

1


The Outsider | Thomas Livingston
http://sd.uploads.ru/AH4Lu.gif
Coldplay – Paradise

✖✖✖
дата событий: август 2047; место: Канада;

"Увези меня. Пожалуйста, увези меня. Мне так плохо здесь."
Далекое будущее, канадские леса, любимый брат, умоляющий спрятать его от мира, тренировки на воде, разговоры обо всем, мир, разорванный на части, и - чье-то неожиданное вмешательство.

[NIC]Jay Hayes[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/z3km4.png[/AVA][STA]Inkheart[/STA][SGN]приодел кудесник лис[/SGN]

Отредактировано The Outsider (2016-12-05 23:06:41)

+1

2

Радиоволна тихонько плавилась от июльского послеполуденного жара, вплеталась узором то шелковых, то шерстяных нитей в канву тишины и пеструю, трепаную ткань обыденности, состоящей из звуков машин, чьих-то голосов по ту сторону окна, шороха брызжущей воды для полива газона, да чьими-то резкими окриками: похоже, что там, по ту сторону улицы, стекла и стен играли в мяч. По крайней мере, ритмичные удары говорили в пользу этого предположения.
Над Америкой разливалось лето.
Хотя какая там Америка. Америкой они были многие и многие годы назад, до разрушений, до пробуждения способностей в каждом третьем или даже втором человеке. И хотя руководство страны по-прежнему утверждало о существовании США, тем прежним союзом Штатов они не являлись уже давно. Граница, знатно сместившаяся на юг и съевшая почти половину территории, изменившийся устой жизни, стертые полосы прибрежных городов, военизированность нынешнего правительства...Штаты? Возможно. Но...
Думать об этом не хотелось.
Не хотелось в принципе даже касаться политики, вопросов носительства способностей и чего бы то ни было в таком духе. Хотелось просто забыть обо всем и спокойно работать. Работать, работать, работать.
Но...не получалось.
Работа в государственной организации, по факту - в одном из отделов, напрямую замешанных в конфликт между носителями способностей и обычными людьми - так или иначе, но способствовала наличию всяких разных внутренних противоречий. Точнее, добавляло их к уже и так имеющимся своим собственным.
Хейз вздохнул, отложив очередную кипу отчетов и встал из-за старого деревянного стола, разминая плечи.
Усталость брала свое: второе месяц лета шел, а они только-только начали завершать разбор очередной свалившейся на голову документации. Ей-ей, иногда ему казалось, что верхушка Центра вообще плохо понимает специфику работы специалистов, давя не на качество проводимой работы, а на количество проведенных клиентов. И это..угнетало.
Будучи психологом, да еще и с активированной асенсорикой, позволяющей мгновенно обнаруживать наличие тех или иных способностей у других людей, Хейз испытывал огромную потребность помогать. Предупреждать. Развивать. Оберегать что самих носителей, что их окружение. Не учить правильно обращаться - нет, для этого у них были тренера в ЦКИ, но прежде всего - обучать правильно относиться к самому себе, а семьи носителей - к самим носителям.
По сути, это чем-то было похоже на терапию жертв насилия или чего-то похожего, когда поддержка оказывалась не только и не столько пострадавшему специалистом, сколько семьей, которую еще и надо было обучить, как правильно этот делать. А семьи попадались..разные.
Разные, по-другому и не скажешь. Кто-то крыл благим матом, кто-то смиренно вздыхал в платок, а кому-то было откровенно все равно. И вот это равнодушие - было страшнее всего.
Мягкий дым, струясь, потек в приоткрытое окно. Мужчина вздохнул.
Разливалось лето.
Приближалась страшная внутренняя годовщина далеких событий, которые на самом деле - всегда стояли рядом, за плечом, даже и не думая исчезать или подергиваться дымкой времен. Нет. Они забивались лишь вуалью работы, по ночам вплетаясь в ткань сновидений и превращая последние в самые настоящие кошмары. И снова. И снова. И снова.
И Джей знал, что кошмары у каждого свои. Марк, его любимый брат, существо, которое помогало переносить пресность будней, что улыбалось днем и было самым лучшим братом, которого только было можно вообразить...по ночам тоже кричал. Не часто, но иногда внутренние монстры прорывались на свободу. И тогда - Хейз подрывался со старой кровати за две секунды до крика, чтобы обнять, прижать к себе, успокоить.
Ты не один здесь. Ты не один.
И тогда они лежали до утра. Цеплялись друг за друга, словно за последнюю соломинку в этом топком мире, и молчали до первой зари.
А наутро - делали вид, будто бы ничего не произошло. Только сызнова вдвоем чинили трубы, прорвавшие от ночного эмоционального взрыва.
Уровень химической активности организма в период кошмаров был такой, что ни одна сыворотка в обычных дозах не могла удержать способность. Рассчитывалась то она индивидуально под каждого. А Марк в норме был спокойным ребенком.
Мяч за окном хлопнул особенно громко. Кто-то закричал.
Хейз, дернувшись, оцарапал неудачно торчащим из деревянной рамы гвоздем плечо. Тут же разлилось неприятное саднящее чувство.
Десяток шагов - и с веранды открывается вид на двор.
Выдох.
Все хорошо.
Все хорошо.
Джей вздохнул, потирая покрасневшие с ночи глаза.
Когда же его отпустит? Когда же он перестанет так реагировать на резкие звуки? Вроде и в зале с тренерами занимался, вроде и курировал неадекватных подростков со способностями. Вроде и то, и это, и пятое, и десятое. Ан нет. До сих пор дергает.
Хейз облизывает губы и закрывает дверь, прислоняясь лбом к шероховатой теплой поверхности.
Давно. Все, что происходило, уже давным давно прошло. Нет его.
Правильно, Джей. Нет. Потому что это ты виноват. Ты убил их.
Неловкое передергивание плечами - уж себе самому-то можно сознаться, уж самого-то себя можно корить. Это перед другими ты можешь быть каким угодно и говорить что угодно. Себя ты не обманешь.
Никогда.
Хейз прикусывает щеку изнутри и слышит тихий голос позади.
- У тебя кровь.
Марк, выбредший из своей комнаты, обхватив себя руками, стоял, почти точно так же привалившись к дверному косяку в прихожую.
Джей растерянно посмотрел на плечо. Порванная футболка и расплывающееся пятно. Хорошо так облокотился к окну, ничего не скажешь.
Старый дом, чего поделать. Все надо было взять в руки инструменты с чердака, да привести его частично в порядок. Да все руки не доходили. Сейчас что ли заняться..все равно от документов тошнит уже так, что мама не горюй.
- Да. Ничего, пройдет.
- Может, хотя бы продезинфицируешь? - брат скептически приподнял одну бровь.
- Ммм...да. Наверное. Ты прав.
Маркус прав, надо бы продезинфицировать. Залить перекисью и зеленью, а после уже - браться за инструменты. И вроде бы пара шагов на кухню, аптечка в руках, шипение на коже, и намерение вот именно что взять и заняться вздыхающим на все лады домом, но - тихий голос ломает все.
- Джей...давай уедем?
Хейз медленно откладывает емкости с жидкостями и переводит взгляд на брата.
Исцарапанные руки. Пустые глаза.
Словно бы смотреться в зеркало.
Он мог бы спросить почему. Он мог бы спросить, что случилось, но по факту - понятно и так. Та самая годовщина, о которой помнят оба, но о которой не говорят.
Уехать куда-то. Лишь бы обо всем забыть на несколько дней. Только вдвоем.
Снова и снова деля напополам собственное горе и находя поддержку в другом.
Хейз складывает аптечку и не убирает ее со стола.
- Куда?
Марк кусает губы. До боли знакомая привычка.
- К воде. И соснам. Можно? Пожалуйста.
Хейз вздыхает, мысленно просчитывая варианты. Черт, похоже за то, что он сейчас предложит, ему снимут голову, если узнают. Но - он в первую очередь брат, а не представитель Альянса.
- Я никогда не был в Канаде, - мягко улыбается он. - Как думаешь, Канадские реки и сосны нам подойдут?
Брат смотрит недоверчиво. По его лицу ползет улыбка.
Хейз улыбается чуть шире, утвердительно кивая головой.
- Когда? - спрашивает Марк.
- Я разбираю дела, пишу Брендану, и мы едем. Иными словами, у тебя есть пара часов, чтобы собраться. Так пойдет?
- Да.
И кажется, что от этого "да" на кухне становится еще светлее.
Время срывается с места.
Нет больше липкого янтаря. Есть куча дел, которые надо решить до заката.
Брендан - напарник в ЦКИ - лишь согласно кивает на том конце трубки: в конце концов, он уже давно выпихивал Хейза с работы в законное отпускное время. Дела - всего лишь отодвигаются в сторону, а самые срочные - перекидываются все тому же Брену.
Да разве что еще один - самый важный звонок Михаэлю, случайно встреченному лесничему, с которым на удивление удалось установить хорошие отношения. Чему, правда, способствовала целая цепочка удивительных событий, в которых принимали участие сапог двадцатого века, кедровка, отдел быстрого реагирования Альянса и один втихую ржущий психолог, что, собственно, и поспособствовало приятельствованию, а потом и теплой дружбе.
В любом случае, Михаэль был тем, кто действительно мог помочь в поиске нужной локации в лесах. Достаточно далеко от Бастардов. Достаточно далеко от Альянса.
И ближе к реке.
Точнее, на реке.
Ибо для Марка у Джея был один подарок, о котором в черте города он даже не хотел и думать. Во избежание. Способности то у всех разные.
Отбыли они на закате.
Вообще, по-хорошему, уезжать надо было бы с утра. Но закрывать дом и срываться в ночь, вливаясь буквально в красное солнце - было по-своему намного приятнее.
И по давнему молчаливому согласию, они с братом - всегда покидали места на закате. Потому что - состояние. Потому что - уже такая маленькая традиция, еще один кирпичек дома для двоих.
Всю дорогу до почти уже несуществующей границы они не смыкали глаз. Слова Михаэля вели их в обход привычных дорог и населенных пунктов: береженого Бог бережет, как говорится.
Ночевали у Михаэля. Марк выключился сразу, а Джей проговорил с лесником почти до самого утра, под конец чуть не упав лицом в плечо друга и словив не одну порцию подколов по этому поводу.
Спали мало. Внутри что-то словно бы гнало их вперед, вынуждая подкинуться на кровати и снова сесть за руль. Михаэль ворчал, зевал и отчаянно матерился на неугомонных Хейзов. Но дорогой провел.
На место прибыли уже далеко заполдень. Палатку ставили всем миром, смеясь, галдя, и попеременно бегая за водой. Михаэль уехал вечером, оставив братьев снова одних.
Хейзов поглотила тишина. Канадский лес, словно бы на мгновение замер, всматриваясь в чужаков, а после - развернулся заливистыми трелями, прежде неслышимыми звуками шепота крон да многочисленной жизни, коей полнится любой уважающий себя мало мальски лесной массив.
Журчала вода.
Марк, сорвавшись с места, по колено залез в речку, с наслаждением шлепая босыми ногами по воде. Брызги, разлетающиеся во все стороны, на время замирали, принимая причудливые очертания и лишь после опадая причудливыми лентами.
Джей улыбнулся - и запрятал подальше сыворотку брата.
Трещал костер.
Над Канадой разливался июльский вечер.
[NIC]Jay Hayes[/NIC][AVA]http://sh.uploads.ru/z3km4.png[/AVA][STA]Inkheart[/STA][SGN]приодел кудесник лис[/SGN]

+2


Вы здесь » Dishonored: Empire of the Isles » White Cliff » [Let me tell you a story]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC